У Бога – Свои планы, и они – самые лучшие!

Часть 1. САША

Когда я была студенткой медуниверситета и наши занятия по детским болезням проходили в республиканской клинике, в ординаторской стояла кроватка, в которой лежал 9-месячный белокурый малыш... Не знаю почему, но за неделю занятий я так полюбила его! Сережа Белоусов... Он узнавал меня по шагам в длинном коридоре и так радовался каждый день моему появлению. Мне тогда было 23 года, жила с родителями, и они, конечно, не поддержали моего желания усыновить того малыша. Очень надеюсь, что Сережу усыновила любящая семья и он вырос настоящим мужчиной.

Прошло с тех пор несколько лет. Я вышла замуж за самого лучшего для меня человека. Мы очень любили и любим друг друга. Но ирония судьбы такова, что я не могла забеременеть и никто не мог поставить мне вразумительный диагноз... Я хотела усыновить малыша уже на втором году нашей семейной жизни. Работала врачом в детской реанимации, и через наше отделение прошло столько малышей из дома ребенка! Но теперь к противникам усыновления присоединились мой любимый муж, все наши друзья и родня. Шло время... Родителей, за которыми я ухаживала, не стало. Мы сходили в клинику ЭКО. Там вынесли окончательный вердикт: я никогда не смогу быть биологической мамой. Это был 11 год нашей семейной жизни!

Неожиданно для меня муж стал локомотивом в процессе усыновления. Сам повел меня в органы опеки, первым собрал нужные бумаги... Я только его догоняла. Мы были настолько готовы к родительству, что не захотели ждать в очереди новорожденного малыша, а решили усыновить ребенка до 5 лет.

Когда все бумаги наконец-то были собраны, мы пришли за направлением на знакомство с ребенком. Руководитель отдела усыновления показала нам на мониторе компьютера первую фотографию, и муж вскричал: «Это же я в детстве!». Мы сразу побежали знакомиться с нашим Сашей...

В доме ребенка нас встретили очень странно: «А, вы к этому... (назвали по фамилии)?». Вышли воспитатель, врач и дефектолог. И все в один голос начали нас разубеждать. «У него поражение нервной системы, у него аутизм, он – инвалид по заболеванию нервной системы» и т.д. Я молча полистала его историю болезни и, не найдя ни одного вразумительного медицинского доказательства только что услышанному, спросила: «Мы можем познакомиться с нашим ребенком?»

Думаю, мысленно эти «доброжелатели» повертели пальцем у виска, но мальчика нашего к нам привели...

Боже мой! Привели такого заморыша на тоненьких ножках. В свои 3,7 года он весил 12 кг и говорил пару слов – «Шаша» (Саша) и «амолет» (самолет – до сих пор самая любимая игрушка). Он уселся за стол и начал нам демонстрировать, как он умеет складывать пазлы... дрожащими ручонками. Так хотел нам понравиться! Я тогда еле слезы сдержала. Это был ОН – наш сын!

Мы подписали согласие на усыновление, и начался месяц ожидания, страдания друг без друга и подпольных свиданий (в доме ребенка был карантин по гриппу). Один раз мы даже ползли на четвереньках за сугробом, чтобы главврач не увидела нас.

Вот настал счастливый день – решение суда, и мы едем все вместе домой! С тех пор прошло несколько лет. Произошло много удивительных событий, в т.ч. наша иммиграция в Австралию. Сегодня наш сын говорит на 2 языках, лучший ученик в пре-школе по компьютерам, у него потрясающее воображение и музыкальные способности! Как мы жили без него все эти годы? Конечно, процесс адаптации нельзя назвать шоколадным. Мы учились быть родителями, сын учился доверять нам... Но любовь способна справиться с любыми трудностями!!!

Часть 2. НАТАЛИЯ

Наконец-то случилось долгожданное событие! Мы – дома! И теперь, немного придя в себя, я решила поделиться продолжением нашей истории усыновления с красивым именем Наталия. Мы с мужем планировали удочерить девочку, но всё случилось не тогда и не так, как мы хотели. У Бога – Свои планы, и они – самые лучшие!
В группе «Дети ждут» я регулярно делала перепост размещенных новых фотографий. Безусловно, просматривала фотографии всех деток, но без какого-либо «прицела». Так же случилось и 7 февраля 2013 года, когда я в новостях увидела фотографию нашей Наташи и меня «накрыло» – это ОНА. Наша ДОЧЬ! Вернее, это я в этом возрасте. Мой муж всегда мечтал о доченьке, которая будет похожа на меня. А я в глубине души надеялась, что она всё-таки будет похожа на папу. Такая сероглазая русоволосая кудряшка…

Увидев фотографию, я обрадовалась и испугалась одновременно. Поездка сейчас в Россию (а живем мы в Австралии по временной визе) абсолютно не входила в наши планы ни по временным, ни по финансовым критериям. Хорошо, что муж был в поездке в 700 км от нашего городка и у меня было немного времени, чтобы меня совсем не переклинило от нахлынувших эмоций. Я помолилась Богу и сказала себе: «Покажу фотографию Наташи мужу, если он скажет сразу "нет" (а так он делает часто, когда я напираю на него "танком"), то я даже не буду уговаривать его и успокоюсь…»

Муж вернулся домой, мы поужинали, и я его спрашиваю: «Любимый, можно я тебе фотографию одну покажу?». Не почувствовав «подвоха», он согласился. Я показываю фотографию девочки и говорю: «Ее зовут Наташа, она из Санкт-Петербурга». Реакция мужа просто сразила меня наповал. Он сказал: «Это же НАША ДОЧЬ!!!»

Я попыталась еще раз «дать задний ход». Помолилась на ночь и говорю: «Бог, если эта девочка точно от Тебя, то дай мне еще одно подтверждение, пожалуйста». И в эту же ночь я вижу красивую темноволосую девушку с вьющимися длинными волосами, сидящую за компьютером. Ей около 20 лет. И слышу четко: «Это ваша дочь Наташа – в будущем…»

Проснулась. Реву. Мужу рассказала сон. А он удивленно так: «Ты что, еще сомневалась? Давай, дорогая, узнавай, какие документы отсюда нужны и дуй с сыном в Россию. Я подъеду чуть позже – для сбора бумажек. Должен же в семье еще кто-то зарабатывать».

Так мы в течение 20 дней собрали нужную информацию, списавшись с опекой Питера и Уфы (города, откуда мы приехали), и, забрав сына из местной школы (успел сынок только 5 недель проучиться), полетели в Россию. За нашей Наташей. Мы даже распечатали из базы фонда «Дети ждут» ее фотографию и показывали друзьям, родственникам как фотографию нашей дочери. Мы были уверены, что она нас дождется. Когда информацию о Наташе разместили в группе, за нее просто «битва» началась… Самое интересное, были и мои тезки среди тех, кто так же, как я, «заболел» Наташей. Люди с Севера и москвичи, и откуда-то еще собирались ехать за ней. Думаю, что они у нее были…

Приземлились мы с сыном в Домодедово 13 марта 2013 года после суточного перелета. На следующий день я была уже в опеке по месту нашей прописки. Нам рекомендовали тщательно скрывать наше место жительства, поскольку на «иностранцев»-усыновителей вроде как введен запрет, но сын разговаривал только на английском. Шила в мешке не утаишь, как говорится… Но по документам мы – российские граждане, поэтому начали собирать необходимые документы заново. Предыдущее заключение, полученное в 2011 году на сына, уже 2 недели как было просрочено. Опуская подробности сбора документов сначала мною, а потом мужем, который прилетел через пару недель, мы получили заключение о возможности быть усыновителями к концу апреля.

Я позвонила в опеку Санкт-Петербурга. Нам очень повезло на добрых и отзывчивых сотрудников! Мне посоветовали сначала созвониться с главным врачом дома ребенка, где находится Наташа. У нас состоялся очень интересный диалог. Я попросила информацию о состоянии здоровья девочки. Главный врач сходила за медкартой и начала перечислять мне ее диагнозы: «Умственная отсталость. Задержка развития. Органическое поражение головного мозга. Астигматизм и что-то еще незначительное. В будущем вам гарантирована дружба с психиатром». На мой вопрос «И это все?» она, судя по всему, покрутила пальцем у виска и сказала: «Ну, если вы такие сумасшедшие, то приезжайте».

Воодушевленные, мы с мужем звоним в Питер и узнаем, что на Наташу выдано направление другим потенциальным усыновителям. Тот, кто через это проходил, тот знает, что чувствуешь в такой момент! Как будто бы сообщили – вашу дочь у вас украли… Нам оставалось только терпеливо ждать до 6 мая, когда по истечении 10 дней кандидаты на Наташу напишут согласие или отказ. В глубине души, где-то очень глубоко, я верила, что они откажутся. Бог не мог нас обмануть!

Буквально через несколько дней нам написала руководитель органов опеки в Санкт-Петербурге о том, что кандидаты будут писать отказ 6 мая утром. Мы решили, что должны быть к этому числу там, чтобы нас снова не опередили.

Так мы встретились с нашей дочерью 6 мая, после тихого часа. Пришли сначала в опеку, нас там встретили очень тепло, поскольку уже отчаялись, как сами признались позже, устроить Наташу в семью. Я как педиатр в документах никакого криминала не увидела. Даже наоборот. Девочка родилась практически здоровой. А задержка, соответственно, – результат пребывания в Системе. Первое впечатление от посещения дома ребенка – учреждение имеет хорошее финансирование… Главный врач тоже оказалась наимилейшей женщиной, но с поставленным командирским голосом. Нам с порога заявила, что отдаст нам Наташу не раньше, чем через 2 недели общения и прогулок с ней. Мы сразу возражать не стали. Хотя из-за праздников нам пришлось там провести именно столько времени.

Наташу заранее привели в кабинет педагога-дефектолога и усадили за столик с пирамидками и еще какими-то развивающими игрушками. Когда мы зашли туда, сказать, что мы были поражены, значит ничего не сказать. Такая маленькая, с волосиками сухими соломкой и отводит взгляд. «Звереныш» затравленный. И дефектолог старательно делает акцент на ее недостатках: вот видите, не умеет делать то и то, в глаза не смотрит… Правда, через несколько минут нашей первой встречи Наташа, глядя мне глаза в глаза, коснулась своим носиком моего лица… Что очень удивило дефектолога.

Девочка выглядела настолько непривлекательно, что даже муж начал сомневаться. Спросил меня, когда мы вышли из дома ребенка: «Любимая, ты уверена?». На что я ответила: «Я не люблю отступать. Да, будет очень непросто, но Бог испытаний не по силам не дает». Для меня это было из разряда – миссия должна быть выполнена!

Было бы лицемерием сказать, что мы увидели дочу и прямо растаяли «как эскимо на палочке». Мы реально смотрели на вещи и понимали, что нам предстоит много работы впереди. Прежде всего, над собой. Что понадобится масса терпения и любви, чтобы эта душевно израненная девочка оттаяла и расцвела. И мы готовы были взять на себя эту ответственность. Поэтому на второй день мы написали согласие на удочерение. Опека ликовала!!! Выяснилось, правда, что судья, закрепленная за этим домом ребенка, ушла в отпуск, поэтому нам сама опека предложила оформить опекунство на Наташу, забрать её в Уфу и оформить удочерение по месту прописки. Документы нам оформили за 3 рабочих дня! Я каждый день ходила на прогулки с Наташей. Сначала даже часовая прогулка была для меня настоящим испытанием с этой маленькой девочкой-танком. У нее всегда была своя повестка дня, и если пытаешься направить ее в другое русло, она начинала истерить, падать на землю и истошно кричать… Утешало меня то, что я сама была точно такой же в этом возрасте, и моей маме пришлось немало вытерпеть с моим непростым и упертым характером, сохраняя при этом спокойствие…

Еще был забавный момент. Мое внешнее сходство с Наташей было воспринято в доме ребенка как явление одумавшейся биомамы. Поэтому на меня смотрели косо, и нянечки, нахмурив брови, спрашивали: «Вы – мама Наташи?». На это я с улыбкой отвечала, что да – я буду ее мамой.

И вот настал этот чудесный день! 17 мая. Мы забираем нашу дочь из учреждения. Нам вручили пакет документов и осторожненько так предупредили, что когда мы покинем территорию, то Наташа, мягко говоря, расстроится. Вот как это выглядело на самом деле. Нас проводили до ворот сотрудники, помахали ручкой вслед, и как только мы начали покидать квартал, в центре которого находился дом ребенка, Наташа, сидевшая у меня на руках, начала извиваться ужом, вырываться и истошно кричать. Поскольку я держала ее крепко, чтобы не уронить, то она вцепилась зубами мне в плечо. Прокусила руку через шерстяной свитер… Тут уже от боли завопила я. Сын и муж на все это смотрели с ужасом в глазах! Всю дорогу до дома, где мы остановились, Наташа кричала до полного изнеможения. После укуса мы догадались посадить ее в «кенгурушку» вперед лицом. Она кричала от страха перед никогда не виденными в жизни транспортом, метро, маршруткой… Бедный ребенок. Ехали в метро, и я плакала от сочувствия к дочери. Абсолютно верно таких деток называют «марсианами». Они переживают такой стресс, когда выходят за стены учреждения… Это как на другой планете оказаться в один момент.

А вечером были истошный крик в течение 2 часов в такси по дороге в аэропорт, истерики в зале аэропорта и куча раздражающих меня советов от любимых соотечественников по поводу того, как воспитывать своего ребенка… Так мы оказались в Уфе. Как и предполагали, трудностей оказалось больше, чем достаточно. Наслоились еще такие факторы, как ревность сына и агрессия по отношению к сестренке, отъезд папы через 2 недели домой в Австралию для продолжения работы, необходимость ходить по инстанциям с двумя маленькими детьми для оформления удочерения… Я свои ощущения в период адаптации Наташи могу описать, как ощущения человека, с которого сняли кожу. Боль вызывало даже «дуновение легкого ветерка». У дочери оказался очень сильный характер и ярко выраженные лидерские качества. К сожалению, я о типах деток из учреждений почитала и послушала лекции Петрановской много позже, а тогда просто действовала интуитивно. Слава Богу за моего мужа и друзей, которые поддержали меня в этот очень непростой период! Теперь многие трудности уже позади. Не могу поверить, что мы прошли через это – до 20 истерик в день, желание дочери сидеть в ванне с водой практически круглосуточно, «зверский» аппетит и много чего еще… В общей сложности мы провели в России и Украине, где жили у моего брата в ожидании австралийской визы на дочь, без одной недели год. Оформление удочерения заняло у нас 6 месяцев и почти 6 месяцев – ожидание визы. Папочка к нам прилетал на новогодние каникулы на 2 недели в Украину. Визу мы получили на пути из Украины в Россию, поскольку из-за обострившейся политической ситуации я не рискнула дольше оставаться там. Известие о визе догнало нас в поезде Одесса-Уфа. Муж прислал сообщение с этой радостной вестью. Было раннее утро. Дети спали, поэтому я просто сидела и молча плакала от счастья…

Вот такое у нас получилось путешествие российских австралийцев. Спасенная жизнь хотя бы одного ребенка стоит всех этих приключений!

Вы можете сделать пожертвование!

Вы можете поддержать работу проекта по содействию семейному устройству детей, оставшихся без попечения родителей!

Подробнее 

Новости фонда

Важные новости проекта «Дети-ждут»!

Накануне Нового года мы запустили в работу новый сайт с анкетами детей, которые могут быть устроены в семьи, – Региональный банк данных детей, оставшихся без попечения родителей, Московской области! На момент запуска на сайте размещены анкеты детей 119 детей, всем им очень нужны любящие родители!

Ищу маму!

Нас поддерживают